Анализ почек: креатинин, СКФ, мочевина и мочевая кислота — что показывают и когда сдавать

title: Анализ почек: креатинин, СКФ, мочевина, мочевая кислота

Почки фильтруют около 180 литров крови в сутки, пропуская весь её объём через себя примерно 36 раз в день. При этом хроническая болезнь почек (ХБП) развивается медленно и почти без симптомов, до тех пор, пока не потеряно 50–60% функции. Сегодня ХБП затрагивает от 788 до 850 миллионов человек в мире и занимает 9-е место среди причин смерти, унося 1,48 млн жизней ежегодно [reference:GBD 2023]. В России картина тревожная: реальная частота ХБП среди пациентов с сахарным диабетом достигает 40–60%, а диагностируется она лишь у 6,9–23% из них [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Главная причина такого разрыва, неполный анализ почек. Один лишь «нормальный» показатель креатинина не даёт полной картины функции почек. Чтобы увидеть реальное состояние почечного фильтра, нужен комплекс маркеров.

Какие маркеры показывают работу почек и почему один креатинин, не вся картина

Оценка функции почек строится на нескольких независимых показателях: сывороточный креатинин с расчётом скорости клубочковой фильтрации (СКФ/eGFR), цистатин С, мочевина, мочевая кислота и альбумин-креатининовое соотношение в моче (UACR). Каждый из них отражает свой аспект работы почек, и только вместе они дают достоверную картину.

Ключевое положение российских клинических рекомендаций Научного общества нефрологов России (НОНР) однозначно: недопустимо использовать только концентрацию креатинина для оценки функции почек. Каждое определение креатинина в лаборатории должно автоматически сопровождаться расчётом СКФ по формуле CKD-EPI [reference:НОНР]. Это не формальность, а клинически значимое требование.

Почему изолированный креатинин вводит в заблуждение? Уровень этого маркера напрямую зависит от мышечной массы. У пожилого человека, у женщины, у пациента с саркопенией или длительным постельным режимом мышечная масса снижена, и концентрация креатинина в крови остаётся «нормальной» даже тогда, когда СКФ уже существенно упала [reference:Mayo Clinic 2025]. Такой пациент формально «здоров» по одному показателю, тогда как почки уже работают вполсилы.

Масштаб проблемы недодиагностики виден в российской статистике: среди пациентов с сахарным диабетом 1-го типа частота регистрации ХБП по регионам России варьирует от 1,5% до 49,9% [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Такой разброс не может объясняться реальными клиническими различиями. Это прямое следствие несоблюдения стандарта ежегодного скрининга, который включает определение и СКФ, и альбуминурии.

Системное воспаление также вносит свой вклад в повреждение почек: высокочувствительный С-реактивный белок (hsCRP) коррелирует с риском прогрессирования ХБП, и его мониторинг в составе комплексного чекапа даёт дополнительную информацию о состоянии сосудистого и почечного здоровья (подробнее об этой взаимосвязи, в нашем материале о системном воспалении [статья 8]).

В таблице ниже собраны основные маркеры функции почек с нормами и клиническими ограничениями.

Таблица 1. Маркеры функции почек: описание, нормы и ограничения

Креатинин и СКФ: нормы, формулы расчёта и ограничения

Креатинин норма у взрослых отличается у мужчин и женщин из-за разной мышечной массы: у мужчин обычно 62-115 мкмоль/л, у женщин 53-97 мкмоль/л. Однако сам уровень креатинина это лишь часть картины, ключевой показатель функция почек оценивается через расчётную СКФ.

Что такое креатинин и каковы нормы

Креатинин. Это конечный продукт распада креатина в мышечной ткани. Образуется с относительно постоянной скоростью, полностью фильтруется почками и в норме практически не реабсорбируется обратно, поэтому его концентрация в крови отражает работу почечного фильтра. Но здесь кроется принципиальное ограничение: скорость образования креатинина прямо зависит от объёма мышечной массы. Одно и то же числовое значение означает разное для молодого мужчины с развитой мускулатурой и для пожилой женщины с саркопенией.

Нормы сывороточного креатинина по данным Mayo Clinic (2025) [reference:Mayo Clinic 2025]:

• мужчины: 65,4–119,3 мкмоль/л (0,74–1,35 мг/дл)
• женщины: 52,2–91,9 мкмоль/л (0,59–1,04 мг/дл)

При беременности уровень физиологически снижен, за счёт увеличения почечного кровотока и повышенной скорости фильтрации. В 1-м триместре средний уровень составляет около 56 мкмоль/л, во 2-м, около 52 мкмоль/л, в 3-м, около 54 мкмоль/л [reference:Mayo Clinic 2025]. Стандартные референсные значения здесь неприменимы: нормальный по обычным меркам результат может на деле скрывать сниженную функцию почек.

Повышенный креатинин. Это сигнал к немедленному расчёту СКФ, а не самостоятельный диагноз. Ещё важнее обратная ситуация: у людей с низкой мышечной массой показатель анализ креатинин может оставаться в пределах референсного диапазона даже при СКФ, упавшей до 40–50 мл/мин/1,73 м². Именно поэтому изолированная интерпретация этого показателя по сути бессмысленна [reference:НОНР].

Формула CKD-EPI 2021: почему она предпочтительна

Расчётная СКФ норма, по которой оценивают состояние почек у взрослых, сегодня определяется прежде всего по формуле CKD-EPI 2021. Именно её рекомендуют NKF/ASN Task Force, Научное общество нефрологов России (НОНР) и гайдлайн KDIGO 2024 в качестве основного клинического инструмента [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803].

Ключевое обновление 2021 года, исключение расовой переменной. До этого версия 2009 года включала поправку для «лиц африканского происхождения», что создавало практические сложности и порождало диагностическое неравенство. Обновлённая формула применима ко всем взрослым без каких-либо поправок [reference:Inker LA et al. N Engl J Med. 2021;385:1737–1749].

Точность CKD-EPI 2021 выше, чем у формулы MDRD, особенно при значениях СКФ выше 60 мл/мин/1,73 м², где MDRD систематически занижает результат. Российские данные подтверждают это независимо: Санкт-Петербургский НИИ нефрологии сопоставил результаты CKD-EPI с референтным методом, плазматическим клиренсом ⁹⁹ᵐTc-DTPA, и получил высокое соответствие [reference:НОНР].

Пороговые значения, которые используются в клинической практике:

• СКФ норма: ≥60 мл/мин/1,73 м²
• ниже 60: признак патологии почек, требующий подтверждения через 3 месяца
• ниже 15: терминальная стадия хронической болезни почек

Ограничения формул и когда нужен другой метод

Ни одна расчётная формула не безупречна. MDRD точно работает при СКФ ниже 60 мл/мин/1,73 м² (стадии 3–5 ХБП), но при более высоких значениях занижает результат, а у пожилых старше 70 лет, напротив, завышает СКФ более чем на 16% при значениях выше 90 мл/мин/1,73 м² [reference:НОНР].

Формула Cockcroft-Gault (1976) оказалась в ещё более сложном положении. KDIGO 2024 прямо рекомендует отказаться от неё для коррекции доз препаратов, а NKF не рекомендует для клинического применения [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Причин несколько: формула не откалибрована под современный IDMS-стандарт измерения креатинина, не стандартизирована на площадь поверхности тела. На практике это создаёт риск передозировки препаратов с узким терапевтическим индексом, прежде всего у пожилых и при почечной недостаточности.

Есть ситуации, когда расчётные уравнения не дают достоверного результата в принципе. В этих случаях по российским клиническим рекомендациям НОНР показана проба Реберга-Тареева, прямой клиренсовый метод по суточной моче [reference:НОНР]:

• беременность
• ИМТ ниже 15 или выше 40 кг/м²
• ампутации и нестандартные размеры тела
• миодистрофии, параплегия, квадриплегия
• быстрое снижение СКФ (острая почечная недостаточность, быстропрогрессирующий гломерулонефрит)
• назначение нефротоксичных препаратов, в том числе химиотерапии
• решение о начале заместительной почечной терапии
• пациенты с почечным трансплантатом

Если Вы попадаете хотя бы в одну из этих категорий, расчётная СКФ может ввести врача в заблуждение. Прямое измерение клиренса в таких ситуациях, не перестраховка, а стандарт.

Цистатин С, мочевина и мочевая кислота: дополнительные маркеры

Цистатин С, когда он точнее креатинина

Цистатин С, белок с молекулярной массой около 13 кДа, который продуцируется постоянно всеми ядросодержащими клетками организма. Скорость его образования не зависит от мышечной массы, возраста, пола и расы [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Именно в этом принципиальное отличие от креатинина: цистатин С одинаково информативен у молодого спортсмена и у пожилого человека с саркопенией.

Референсные значения, стандартизированные по IFCC с использованием калибратора ERM-DA471: для людей 18–49 лет, 0,63–1,03 мг/л; для людей 50 лет и старше, 0,67–1,21 мг/л [reference:PMID 30221442]. После фильтрации в клубочках цистатин С реабсорбируется и расщепляется в проксимальных канальцах, в норме он практически не попадает в мочу, а его концентрация в крови обратно пропорциональна СКФ.

KDIGO 2024 рекомендует дополнять расчёт СКФ по креатинину цистатин-С-формулой (eGFRcr-cys) в следующих ситуациях: саркопения и немощность, ампутации, особые диеты (строгое вегетарианство, высокобелковое питание), пожилой возраст, а также при решении вопроса о донации почки, когда нужна максимальная точность [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Комбинированная формула CKD-EPI Creatinine-Cystatin C 2021 года признана наиболее точной из существующих уравнений.

Практическая значимость этого выражается в конкретных числах: у 25–30% людей расхождение между eGFRcr и eGFRcys достигает 15 мл/мин/1,73 м² и более [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. В таких случаях цистатин С меняет клиническое решение, стадию ХБП, частоту мониторинга, выбор терапии.

Нужно учитывать и конфаундеры: гипертиреоз повышает концентрацию цистатина С, создавая ложное впечатление снижения СКФ; гипотиреоз, напротив, снижает его уровень и завышает расчётную СКФ. Глюкокортикоиды также повышают концентрацию этого маркера независимо от истинной функции почек [reference:PMID 30221442].

При беременности цистатин С не подходит для оценки СКФ. Наблюдаемый рост в третьем триместре обусловлен эндотелиозом и гормональными изменениями, а не снижением почечной фильтрации [reference:PMID 21888853]. В этой ситуации, как и в ряде других, показана проба Реберга-Тареева.

У пациентов с инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом мышечная масса нередко снижена при внешне нормальном весе, цистатин С даёт более точную картину функции почек в таких случаях (подробнее об этой связи, в статье об инсулинорезистентности [статья 11]).

Мочевина, что показывает и каковы нормы

Мочевина. Это конечный продукт белкового обмена: аминокислоты, поступающие с пищей и образующиеся при распаде тканей, расщепляются в печени с образованием мочевины, которая затем выводится почками. Скорость выведения варьирует в зависимости от уровня гидратации и артериального давления, поэтому мочевина чувствительна к условиям, которые не связаны с почечной функцией напрямую.

Мочевина норма у мужчин: до 50 лет, 3,2–7,3 ммоль/л, старше 50 лет, 3,0–9,2 ммоль/л. У женщин: до 50 лет, 2,6–6,7 ммоль/л, старше 50 лет, 3,5–7,2 ммоль/л [reference:webpage19]. Уровень физиологически повышается с возрастом; у беременных и детей он ниже взрослых значений.

Соотношение мочевина/креатинин (BUN/Cr) в норме составляет 5–20 мг/дл на мг/дл [reference:webpage8]. Это соотношение помогает различить причины повышения: значение выше 20 характерно для дегидратации, желудочно-кишечного кровотечения, застойной сердечной недостаточности или высокобелковой диеты, то есть для ситуаций, когда почки работают нормально, но мочевина образуется быстрее или выводится медленнее из-за низкого давления крови в почечных сосудах. Значение ниже 5 встречается при болезнях печени (нарушен синтез мочевины), белковом голодании, рабдомиолизе или избыточной гидратации. Изолированно мочевина не используется для диагностики почечной недостаточности, только вместе с креатинином и расчётной СКФ.

Мочевая кислота, маркер метаболического неблагополучия

Мочевая кислота. Это конечный продукт пуринового обмена. Пурины поступают с пищей (красное мясо, субпродукты, морепродукты, пиво) и образуются при распаде клеток. Мочевая кислота норма у мужчин составляет около 208–428 мкмоль/л; у женщин в пременопаузе, около 155–357 мкмоль/л [reference:PMID 24867507].

Кристаллы моноурата натрия, основа подагрического воспаления, начинают выпадать при концентрации выше 420 мкмоль/л, а нередко уже при превышении 360 мкмоль/л [reference:PMID 24867507]. Гиперурикемия. Это необходимое, но не достаточное условие для развития подагры: у многих людей с высоким уровнем мочевой кислоты суставных атак не возникает годами.

Значимость мочевой кислоты выходит далеко за рамки ревматологии. Обзор 2025 года (PMID 40062919) описывает широкий спектр кардиометаболических состояний, ассоциированных с гиперурикемией: артериальная гипертензия, хроническая болезнь почек, ишемическая болезнь сердца, сердечная недостаточность, фибрилляция предсердий, метаболический синдром [reference:PMID 40062919]. Механизм, окислительный стресс, дисфункция эндотелия, активация воспалительных путей.

Особую роль здесь играет инсулинорезистентность. Исследование 2025 года (PMC12535908) показало, что TyG-индекс, суррогатный маркер инсулинорезистентности, медиирует связь между мочевой кислотой и тяжестью поражения коронарных артерий [reference:PMC12535908]. Комбинация гиперурикемии и инсулинорезистентности повышает риск серьёзных сердечно-сосудистых событий (MACE) у пациентов с нарушением метаболизма глюкозы.

Среди причин повышения мочевой кислоты: избыток красного мяса, субпродуктов, морепродуктов, алкоголь (особенно пиво), фруктоза, диуретики, низкие дозы аспирина, онкогематологические заболевания с массивным распадом клеток, метаболический синдром.

Связь мочевой кислоты с инсулинорезистентностью подробнее рассмотрена в статье об инсулинорезистентности [статья 11]. О роли магния в чувствительности к инсулину, а через неё и в обмене мочевой кислоты, читайте в статье о магнии [статья 6].

UACR и стадии хронической болезни почек по KDIGO

Альбумин-креатининовое соотношение в моче (UACR) измеряет, сколько альбумина выводится с мочой относительно креатинина. В норме альбумин остаётся в кровотоке: почечный фильтр удерживает крупные белковые молекулы, и в мочу они практически не попадают. Когда фильтр повреждён, альбумин начинает «просачиваться», и UACR фиксирует это раньше, чем успевает упасть СКФ [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Именно в этом ценность показателя: он выявляет нефропатию на том этапе, когда расчётная СКФ ещё остаётся нормальной и никаких симптомов нет.

Гайдлайн KDIGO 2024 выделяет три категории альбуминурии [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]:

• A1, менее 30 мг/г: норма или незначительно повышена
• A2, 30–300 мг/г: умеренно повышена (микроальбуминурия)
• A3, более 300 мг/г: значительно повышена (макроальбуминурия); при превышении 2200 мг/г говорят о нефротическом синдроме

Альбуминурия ≥30 мг/г, подтверждённая при двух измерениях с интервалом не менее 3 месяцев, указывает на хроническую болезнь почек даже при СКФ выше 60 мл/мин/1,73 м² [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Это принципиальный момент: хроническая болезнь почек диагностируется не только по сниженной СКФ, но и по повреждению почечного фильтра.

Если при повторном анализе UACR удвоился по сравнению с предыдущим, это превышает ожидаемую биологическую вариабельность и требует дополнительного обследования, такова позиция KDIGO 2024 [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803].

Перед сдачей анализа стоит учитывать факторы, способные дать ложноположительный результат: интенсивная физическая нагрузка за 24 часа до теста, лихорадка или острая инфекция, обострение сердечной недостаточности, инфекция мочевых путей, кровь в моче или менструация, резкий подъём артериального давления или уровня глюкозы, а также употребление большого количества мяса накануне [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. При положительном результате анализ повторяют в нейтральных условиях.

Матрица стадий ХБП по KDIGO: G × A

Классификация хронической болезни почек по KDIGO строится на сочетании двух параметров: категории СКФ (G1–G5) и категории альбуминурии (A1–A3). Каждая комбинация соответствует определённому уровню риска прогрессирования и сердечно-сосудистых осложнений.

Таблица 2. Стадии ХБП по KDIGO: матрица G1–G5 × A1–A3

[reference:KDIGO 2024, PMID 38490803; NKF CKD Heat Map]

Таблица хорошо показывает, что альбуминурия утяжеляет прогноз независимо от уровня СКФ. Пациент с СКФ 65 мл/мин/1,73 м² (G2) и UACR выше 300 мг/г попадает в оранжевую зону, высокий риск. Пациент с той же СКФ и нормальным UACR, в зелёную.

Частота мониторинга по KDIGO 2024 напрямую зависит от стадии: при G1A2 достаточно одного контроля в год, при G1A3, трёх [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. По мере перехода в более высокие категории кратность увеличивается.

Кому нужно проверять UACR ежегодно

KDIGO 2024 рекомендует тестирование UACR не реже одного раза в год при наличии хотя бы одного из следующих факторов риска [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]:

• сахарный диабет
• артериальная гипертензия
• сердечно-сосудистые заболевания в анамнезе (инфаркт, инсульт)
• сердечная недостаточность
• семейный анамнез ХБП или диализа
• ИМТ выше 30 кг/м²
• курение
• возраст старше 60 лет

Если Вы входите в одну из этих групп, ежегодная проверка UACR. Это не перестраховка, а стандарт доказательной медицины.

Масштаб проблемы

Хроническая болезнь почек. Это глобальная и в значительной мере молчаливая эпидемия. По данным GBD 2023, в мире живут 788–850 миллионов человек с ХБП; заболевание уносит 1,48 миллиона жизней в год и занимает 9-е место среди причин смерти [reference:GBD 2023]. В России масштаб проблемы, по всей видимости, существенно недооценён: около 4% населения имеют установленный диагноз ХБП, однако при сахарном диабете реальная частота достигает 40–60%, а диагностируется болезнь лишь у 6,9–23% пациентов [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803].

Диабетическая нефропатия как ведущая причина ХБП при сахарном диабете 2-го типа подробнее рассмотрена в статье о глюкозе и диабете [статья 10]. Роль артериальной гипертензии и липидного профиля в формировании почечного риска, в статье о сердечно-сосудистом риске [статья 7].

Что делать при снижении функции почек: образ жизни и нефропротекция

Ведущие причины ХБП

Если говорить о корнях проблемы, то картина однозначна: сахарный диабет 2-го типа и артериальная гипертензия вместе обусловливают около 80% всех случаев терминальной почечной недостаточности в мире [reference:PMID 28197499]. Примерно 40% пациентов с диабетом со временем развивают диабетическую нефропатию [reference:PMID 28197499], а риск ХБП у людей с диабетом почти вдвое выше, чем у людей без него [reference:PMID 28197499]. Это не повод для тревоги, а повод для своевременного скрининга: большинство случаев прогрессирования поддаются замедлению при раннем выявлении и правильно выстроенном наблюдении.

Нефротоксичные препараты

Отдельная история, лекарственное повреждение почек. На медикаменты приходится около 20% всех случаев острой почечной недостаточности, а среди пожилых пациентов этот показатель достигает 66% [reference:PMID 18819242]. Факторы, которые резко повышают риск: возраст старше 60 лет, исходно сниженная СКФ (менее 60 мл/мин/1,73 м²), дегидратация, одновременный приём нескольких нефротоксичных препаратов, сахарный диабет, сердечная недостаточность, сепсис.

Таблица ниже суммирует основные группы препаратов с доказанной нефротоксичностью.

Таблица 3. Нефротоксичные препараты: механизм повреждения, группы риска и клиническое значение

НПВП стоят особняком: это не страшилка, а доказанный факт. Обезболивающие из этой группы широко доступны без рецепта, и многие люди принимают их годами, не подозревая о накопленном риске. Если у Вас уже есть снижение СКФ или другие факторы риска из списка выше, обсудите с врачом альтернативные подходы к обезболиванию.

Нефропротекция: что доказано

Главный прорыв в нефропротекции последнего десятилетия, SGLT2-ингибиторы. Три крупных рандомизированных испытания, остановленных досрочно из-за очевидной пользы, дали следующие результаты:

• CREDENCE (канаглифлозин): снижение первичного почечно-кардиального исхода на 30% (HR 0,70) [reference:PMID 30990260].
• DAPA-CKD (дапаглифлозин): снижение на 39% (HR 0,61), смертность от всех причин снизилась на 31%; принципиально важно, польза подтверждена независимо от наличия диабета [reference:PMID 32970396].
• EMPA-KIDNEY (эмпаглифлозин): снижение на 28% (HR 0,72); самый широкий охват из трёх исследований, включая пациентов с СКФ менее 30 и без повышенной альбуминурии.

Финеренон, нестероидный антагонист минералокортикоидных рецепторов, дополняет эту картину. В исследовании FIDELIO-DKD почечный исход снизился на 18% (HR 0,82), однако у 18,3% пациентов развилась гиперкалиемия против 9% в группе плацебо, этот показатель требует регулярного мониторинга [reference:PMID 33264825]. FIGARO-DKD показал снижение ССЗ-исходов на 13% (HR 0,87); вместе оба исследования охватывают полный спектр ХБП при сахарном диабете 2-го типа.

Среди GLP-1-агонистов выделяется исследование FLOW 2024 с семаглутидом: первичный почечный исход снизился на 24% (HR 0,76), темп потери СКФ замедлился на 1,16 мл/мин/1,73 м² в год, риск серьёзных сердечно-сосудистых событий (MACE) снизился на 18%, смертность от всех причин, на 20% [reference:PMID 38785209]. Это первое крупное доказательство нефропротективного эффекта GLP-1-агонистов.

По рекомендациям ESH 2023, целевое артериальное давление для пациентов 18–64 лет и пациентов с ССЗ составляет менее 130/80 мм рт.ст. [reference:ESH 2023]. ESC 2024 формулирует ещё более жёсткую позицию: систолическое давление 120–129 мм рт.ст. для большинства пациентов при хорошей переносимости. Контроль АД и липидного профиля как комплекс кардиоренальной защиты подробнее рассмотрен в статье о сердечно-сосудистом риске [статья 7]. О роли магния в чувствительности к инсулину, в статье о магнии [статья 6]. Связь системного воспаления и прогрессирования ХБП через hsCRP, в статье о воспалительных маркерах [статья 8].

Миф «больше воды = лучше почки»

Это убеждение широко распространено, но не подкреплено доказательствами. Рандомизированное испытание, опубликованное в JAMA (631 пациент с ХБП), показало: принудительное увеличение суточного потребления воды не улучшало функцию почек по сравнению с контрольной группой [reference:PMID 29741187]. Правило «восьми стаканов в день» восходит к рекомендации Совета по питанию США 1945 года и никогда не имело самостоятельной доказательной базы.

Избыток воды не безвреден: он создаёт дополнительную нагрузку на почечный фильтр и повышает риск гипонатриемии. Практический ориентир для большинства людей, жажда и бледно-жёлтый цвет мочи. У пожилых рефлекс жажды ослаблен, поэтому для них риск скорее обратный: дегидратация, которая повышает концентрацию мочевины и ухудшает почечную перфузию.

Чем чекап Leniti может быть полезен

ХБП развивается медленно и почти бессимптомно, и именно поэтому своевременный анализ почек имеет такое значение. Снижение функции почек на 30–40% нередко никак не ощущается. К тому моменту, когда появляются усталость, отёки или изменения в моче, потеря функции может быть уже значительной.

Чекап Leniti включает полную почечную панель в составе более 80 показателей: сывороточный креатинин с автоматическим расчётом СКФ по формуле CKD-EPI 2021, цистатин С, мочевина норма оценивается в динамике, мочевая кислота, а также UACR, альбумин-креатининовое соотношение в моче [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803]. Это именно тот набор, который рекомендован KDIGO 2024 и российскими клиническими рекомендациями НОНР для комплексной оценки функции почек.

Формат удобен: забор крови проходит дома, результаты расшифровывает врач с объяснением каждого показателя в контексте Вашей истории здоровья. Никакой самостоятельной интерпретации цифр, только понятные выводы и, при необходимости, рекомендации по дальнейшему обследованию.

Чекап особенно актуален, если у Вас есть хотя бы один фактор риска: артериальная гипертензия, сахарный диабет 2-го типа, ожирение (ИМТ выше 30), семейный анамнез хронической болезни почек или диализа, курение, возраст старше 60 лет. При наличии любого из них ежегодная проверка. Это не перестраховка, а стандарт доказательной медицины [reference:KDIGO 2024, PMID 38490803].

Цель чекапа, поймать снижение функции почек до симптомов, пока ещё есть время его остановить.

Источники

1. Inker LA et al. New estimating equations for GFR from serum creatinine and cystatin C. N Engl J Med. 2021;385:1737–1749. DOI: 10.1056/NEJMoa2102953
2. KDIGO 2024 CKD Guideline. Kidney Int. 2024;105(4S):S117–S314. PMID: 38490803
3. Mayo Clinic. Creatinine test, normal values. 2025. mayoclinic.org
4. Perkovic V et al. Canagliflozin and renal outcomes in type 2 diabetes (CREDENCE). N Engl J Med. 2019;380:2295–2306. PMID: 30990260
5. Heerspink HJL et al. Dapagliflozin in patients with chronic kidney disease (DAPA-CKD). N Engl J Med. 2020;383:1436–1446. PMID: 32970396
6. EMPA-KIDNEY Collaborative Group. Empagliflozin in patients with chronic kidney disease. N Engl J Med. 2023;388:117–127. acc.org
7. Bakris GL et al. Effect of finerenone on chronic kidney disease outcomes in type 2 diabetes (FIDELIO-DKD). N Engl J Med. 2020;383:2219–2229. PMID: 33264825
8. Pitt B et al. Cardiovascular events with finerenone in kidney disease and type 2 diabetes (FIGARO-DKD). N Engl J Med. 2021;385:2252–2263. DOI: 10.1056/NEJMoa2110956
9. Herrington WG et al. Semaglutide in patients with type 2 diabetes and chronic kidney disease (FLOW). N Engl J Med. 2024;391(2):109–121. PMID: 38785209
10. GBD 2023 CKD Collaborators. Global, regional, and national burden of chronic kidney disease. Lancet. 2025
11. Национальные рекомендации НОНР «Хроническая болезнь почек: основные принципы скрининга, диагностики, профилактики и подходы к лечению». nonr.ru
12. Mancia G, Kreutz R et al. 2023 ESH Guidelines for the management of arterial hypertension. J Hypertens. 2023;41(12):1874–2071. DOI: 10.1097/HJH.0000000000003480
13. Erlandsen EJ, Randers E. Reference intervals for plasma cystatin C and plasma creatinine in adults using methods traceable to international calibrators and reference methods. J Clin Lab Anal. 2018;32(6):e22433. PMID: 30221442
14. Clark WF, Sontrop JM, Huang SH et al. Effect of coaching to increase water intake on kidney function decline in adults with chronic kidney disease (CKD WIT). JAMA. 2018;319(18):1870–1879. PMID: 29741187
15. Naughton CA. Drug-induced nephrotoxicity. Am Fam Physician. 2008;78(6):743–750. PMID: 18819242
16. Gheith O, Farouk N, Nampoory N et al. Diabetic kidney disease: world wide difference of prevalence and risk factors. J Nephropharmacol. 2016;5(1):49–56. PMID: 28197499

References